Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Все у нас хорошо



Несколько лет назад я сделал первую запись в этом блоге, обнаружив себя в очень странном месте посреди моей жизни. Было оно безвидным и пустым, и тьма над бездной. А духа там и не было в помине.

Один мой ребенок уже пошел в школу, другой тем временем оказался тяжелым лежачим пятилетним дцпшкой, становился все хуже, а лечение зашло в тупик. Моя жена потихоньку втайне начала пить. Да и я уже прикладывался вечерком. А что еще остается? Количество дел в один момент возросло настолько, что бизнес, которым я занимался всю жизнь, захирел и расстроился. Люди, на которых я полагался, завели за спиной какие-то серые дела. Магазин, который кормил семью, одним чудесным апрельским утром сгорел дотла. Кредиторы и заимодатели быстро доели оставшиеся деньги, встали, отряхнулись, и разошлись. Унеся с собой мои последние связи с внешним миром.

И вот картина, мелом на асфальте. Сижу я в большущей квартире, за которую уже нечем платить, под окном стоит машина, в которой нет бензина, ребенка не оставить, не выйти, да и некуда. Да и незачем. Самое время взять в руки веревку, мыло, и поставить точку.

Куда спешить.. Я попробовал взять в руки бумагу, ручку, и поставил запятую. Ради баловства. И попытался писать эту историю дальше, после запятой, растягивая ее, как резинку от трусов. Интересно, сколько можно продолжать предложение?

Самое длинное предложение русского языка, которое мне попалось, состоит из девяти с лишним тысяч слов, и занимает больше десяти страниц. ( http://samara.news-city.info/docs/sistemsa/dok_ieyzzb.htm ) Это настоящий шедевр, с глубокой философской сердцевиной. Почитайте на досуге.

Я же попробовал написать еще более длинное предложение. Правда, точки я в нем все-таки использую. Но это не суть важно. Важно то, что веревка за это время изветшала, а мыло засохло.





[ДЕЛА НАСУЩНЫЕ]10 ноября мы с Лилькой вернулись из США. Поездка прошла хорошо, дочка чувствует себя превосходно. Я об этом уже писал, и напишу еще.

Больше двух лет мы занимались программой реабилитации ребенка по методикам Институтов Гленна Домана, что в Филадельфии.
В марте 2014, по итогам долгой предварительной работы, мы были приняты на Аспирантскую программу, посетили с Лилькой центральную усадьбу Институтов в США, получили программу из рук сотрудников, и занимались ей следующие полгода. Теперь, в ноябре, состоялся второй визит. Наши успехи и неудачи были оценены, нам сделали новые назначения, теперь мы перешли на Интенсивную программу Институтов.

Сейчас - сентябрь 2015. Мы прервали Интенсивную программу, и, по договоренности с Институтами, отложили ее на неопределенный срок. После нескольких лет институтской программы вопрос о наших текущих планах на реабилитацию, о наших нуждах, является для меня сложным и мучительным. Вот почему. Те цели, которые ставила нам программа, были достаточно ясными, и мы попросту следовали по этому пути. Это была трудная рутинная работа, мы собирали благотворительные деньги на поездки в Институты, привлекали волонтеров для занятий, двигались от ступени к ступени. Тогда было несложно говорить о наших планах и нуждах в деньгах, этому помогал высокий международный авторитет Институтов и чувство локтя в сообществе людей, которые занимались тем же, чем и мы. Материальные, моральные и физические ресурсы были расписаны протоколами и прозрачны, их можно было предъявить.

Однако, конечные цели, к которым вела программа, все так же оставалась миражом, хотя и имелся большой прогресс на промежуточных этапах. Вот слова американского куратора нашей программы: «Таких детей, как Лиля, мы видели не много». Наш случай слишком сложный. В очередной раз возникла ситуация, когда сторонняя помощь решает наши проблемы только частично, и невозможно понять, весь ли потенциал мы исчерпали. Для того, чтобы оказать дочери максимум помощи, мне пришлось начать заниматься теорией и практикой реабилитации самостоятельно.

Как и раньше, мы поддерживаем отношения с Институтами Домана, и продолжаем использовать их концепцию реабилитации как основу. Но то, чем мы реально занимаемся теперь, является домашней реабилитацией, построенной уже на собственном опыте и знаниях. Без всякой скромности я могу назвать ее авторской методикой, которая позволила нам продвинутся в части физиологического здоровья гораздо дальше, чем программа Институтов.

В настоящее время самочувствие Лилии просто замечательное. Мы вернулись на несколько шагов обратно, и активно развиваем ее сенсорную чувствительность, чего нам очень не хватало раньше. Время от времени мне нужны новые приспособления, а также есть нужда в привлечении узких специалистов и тренеров. Всю работу мы делаем на наш небольшой доход: зарплату жены и пособия.

Мы будем очень благодарны за любую благотворительную помощь. Будьте счастливы)



</lj-embed>


[ПОСЛЕДНИЕ ФОТО]филадельфия
в каб марлен
в подушках
газон мяч
деревня
дыхательная машина
ислочь
лилька
медулла
около столовой
румико
с игрушкой
спим


[НАШЕ ВЧЕРА]Однажды, когда Лильке исполнилось пять лет, я сел, и задумался над всем тем, что со мной произошло. Тогда это выглядело так:

[НАШЕ СЕГОДНЯ]http://youtu.be/e1IZO4fZqsw?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/7lc6IuYKyRI?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/0JIT2N7Bndc?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/0H3jJ4kXseg?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/bAMQXcdy2QU?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuw

[НАШИ РЕКВИЗИТЫ]Контакты и реквизиты
тел: +375296688888 Дмитрий

Email: dimamail3@yandex.ru
1. Благотворительный счет: BY25ALFA31352121750050270000 в ЗАО Альфа-Банк, BIC ALFABY2X получатель учреждение "Команда "Крылья Ангелов"

2. Для почтовых переводов:
Получатель: Тимашков Дмитрий Михайлович
Паспорт МР2848979 выдан Московским РУВД Минска 08.02.2011
Назначение платежа: Благотворительная помощь на лечение дочери -Лилии Тимашковой
ул. Игуменский тракт, д.16, кв.38, Минск, Беларусь

3. C карты на карту Беларусбанка № 4255 2003 0216 9628 , срок 03\20
4. Карта Альфа-Банка: 5392 1413 7840 7354 до 04/20
5. Простой и быстрый способ - пополнить баланс нашего номера МТС +375 33 6878918

6. Электронные кошельки:
ЯндексДеньги: 410011606152580, easypay 28255497
WebMoney: Z220125986290, R376119179280, E369374351800, B352023775051

7. пейпал liliya@aqua-total.de














[клуб СОДЕЯ]https://www.facebook.com/groups/Sodeya/



[КОМАНДА КРЫЛЬЯ АНГЕЛОВ]http://ulej.by/project?id=18183

Шесть ударов. Подросток

Подросток отличается от ребенка тем, что имеет силы совершать поступки, как взрослый. А от взрослого отличается тем, что не имеет опыта, чтобы понимать цену своих поступков.

Знания о боли не заменяют боль. Пока человек сам не пройдет через страдания, которые и есть цена поступка, то сколько не просвещай его - словами опыт не уравновесить. Звуки воздушны, поступки же увесисты.



Но в воздушности звуков все же есть сила, хоть и не видна глазу. Это тогда, когда они образуют воздушную струю под давлением. Воздушной струей не остановишь поезд, грозящий разнести все в щепки на своем пути. А вот сдвинуть поезд с места, придать ему скорость и направление - можно. Надо только давить воздухом усердно и в нужную точку.

Подростковая агрессия - это разогнавшийся поезд, который вынырнул из-за поворота. Где он разгонялся, кто его разгонял - гадать уже поздно. И поздно говорить воздушные слова.

Мне очень жаль убитую учительницу и школьника. И двух раненых. И всех тех, кто пребывает в шоке. И очень жаль всех последущих жертв, которые непременно будут еще. До тех пор, пока взрослым будет достаточно уравновесить содеянное виной и наказанием. До тех пор, пока взрослые не начнут разбираться всерьез, откуда дует струя, разгоняющая поезда.

Дерьмо случается

Дерьмо случается, как заметил однажды Форрест Гамп. И даже с навязчивой периодичностью. Мне, например, довольно периодически предлагают «хотите, чтобы ваш ребеночек был здоров?»

Сажусь сегодня с Лилькой в 123 автобус, чтобы ехать к парку Победы на пробег «Догоняя солнце». Кроссовки на ногах, рюкзак за спиной, ребенок в беговой коляске. Из за спины «Я извиняюсь, конечно, но не хотите ли вы, чтобы ваш ребенок был здоров?»

Блять. Нет. Я хочу, чтобы он умер. Прямо тут. Корчась от мук.

Стоит, знач, мужик. Вполне трезвой интеллигентной наружности. Смотрит искренне в глаза.
- Спасибо, - говорю. - Она здорова.
Мужик в замешательстве полсекунды, но быстро обретает форму. Чувствуется сноровка.
- Но я же вижу, что сидит она этак странно. В общем, я вам предлагаю..

- Как сидит?
- Ну, вы же понимаете, о чем я..

Е-мае.. Тут полавтобуса сидит, словно на кладбище едут. Жирные тетки, везущие еду в катомках. Совершенно потерявшие человеческий вид и достоинство, состарившиеся за полсрока. Полупьяные дядьки, с почерневшими лицами, с пустыми глазами, с выгоревшими на солнце затылками. И я должен при этом понимать, о чем он мне тут толкует.
- Не понимаю.

- Знаете, я могу вам помочь. Ваша девочка будет здорова. Все зависит лишь от вашей силы воли.

- А что вы знаете о моей силе воли?

- Вы против?
Мне нестерпимо хочется нарваться на грубость и под шумок врезать ему промеж глаз.
- Я против придурков.

- Я понял. Всего хорошего.

Ну славатехоспади.

Дерьмо - вещь прилипучая. Всю дорогу он предлагает мне какие-то услуги, то не хотите ли присесть, то давайте я вам коляску вынести помогу. Выходит на остановке следом. Минут пять мнется в трех шагах. Но вот подходит мой следующий автобус, и до свиданья. Мужик - сегодня твой счастливый день, нос цел.

Ну почему, почему столько мух вьется вокруг детской инвалидности?

В школу-4!

Перед тем, как приступить к реализации "В школу-5!", выражаю сердечную благодарность всем, кто словом, делом и рублем помогал проектам "В школу!", "В школу-2!", "В школу-3!" и "В школу-4!". Все работает!

На этапе "В школу-4!" все выглядит почти идеально: подвоз ребенка осуществляется ежедневно, на специальном транспорте и от подъезда до подъезда.





Напомню, что поначалу, полтора месяца назад все выглядело так:



Потом в эту трогательную историю вмешался Тутбай, потом телеканал Беларусь-1, и вот 3 января все начало выглядеть так:



Да-да, нас возили на большом городском автобусе, от остановки до остановки. Такой вариант был хорош лишь одним: это был быстрый способ найти решение. На этом этапе руководители пытались успокоиться, а родители начали шикать на меня: ты мол тоже успокойся, хватит шуметь и жаловаться, а то снова останемся с носом.

Тем не менее, мы удачно достигли уровня "В школу-3!", когда рейсовый автобус был заменен на специализированный с подъемником.



Руководители снова считали, что теперь-то уж все хорошо, а некоторые родители выступали с публичными упреками против моей активности: уж не хочет она быть столбовою дворянкой, подавай ему "от подъезда до подъезда".

Замечу, что уровень "В школу-3!" был не очень хорош потому, что при имеющемся удобном автобусе надо было почему-то идти к нему на остановку общественного транспорта, а подъехав к центру - выгружаться за воротами, временами прямо посреди дороги.

Уровень "В школу-4!", когда автобус все-таки ходит от подъезда до подъезда, представляется мне более удобным, потому что при этом не страдает мое чувство собственного достоинства (а это важно), во-вторых - я чувствую заботу о моем ребенке и признание его проблем, в-третьих - не нарушается безопасность движения, в-четвертых - у меня есть гарантии на случай дождя, метели или мороза (а ведь многие родители, которые отказались от такой услуги, в минувшие морозные дни вынуждены были отказаться и от посещения центра, сидели дома), в-пятых - я экономлю силы, которые мне пригодятся для более важных дел, и, наконец - мысли о том, что мы мол будем мешать другим, загораживать двор, подвергать опасности гуляющих детей, тратить лишнее время - оказались несостоятельными. Перегораживание двора вовсе не страшно, учитывая, что и скорая помощь, и такси, и машины Евроопта, и мусоровозы - все они перегораживают двор и подвергают опасности гуляющих детей, но никого это не смущает: надо - значит надо. Вот так и в случае с инвалидами: надо -значит надо, и все должны это понимать. А что до "лишнего времени", то я думаю, что время, потраченное на собственный комфорт - вовсе не лишнее.

Итак, перед тем, как приступить к этапу "В школу-5!", я еще раз благодарю всех, кто помог мне купить фэтбайк для доставки Лильки в школку в течении всего декабря. Тутбай, Диму Брушко и Снежану Инанец за фото и публикацию, телеканал Беларусь-1 и Арину Малиновскую - за телесюжет. Управление образования Ленинского района и директора ЦКРОиР Татьяну Борисовну - за терпение и скорые ответные шаги. Я надеюсь, что в дальнейшем этого терпения будет требоваться все меньше и меньше, и мы будем решать проблемы не скрежеща зубами, а дружелюбно и приветливо. Для этого нужно всего лишь понимание важности решаемых проблем, несоответствия старых инструкций современному положению вещей и признание ценности взгляда опытных людей: родителей.



Этап "В школу-5!" будет последним шагом в деле возвращения ситуации с подвозом к норме: детей будут доставлять от подъезда к подъезду силами сопровождающих, без родителей. После этого можно будет спокойно выдохнуть и заняться другими, не менее важными проблемами.

В школу-3!

Итак, 3 января наступило, и подвоз детей в ЦКРОиР начался, как и обещали чиновники.

Что мы имеем на самом деле?
На самом деле наступает утро, и у нас с Лилькой нервная дрожь, потому что мы должны явиться за этим подвозом на ближайшую автобусную остановку ровно к 8.20.



Понятное дело, что на остановке автобус нас ждать не будет, поэтому мы выходим заранее. Зачехляем коляску в чехол от дождя, потому что дождь со снегом и ветром довольно сильные. Спешим на остановку. На остановке ждем. Раз уж мы сюда добрались, то, конечно, подмывает сесть в ближайший подходящий транспорт. Но нет, мы ждем. Мы же так стойко добивались подвоза.



Автобус приходит просто роскошный. Полноразмерный МАЗ для перевозки пассажиров по маршрутам. Останавливается, заезжаем. Конечно, большая разница между нашими поездками весной, когда каждый раз надо было разбирать коляску и вносить все по частям. Вслед за нами в автобус устремляются и другие пассажиры с остановки. Чисто по инерции. Но я им говорю - "Сори, это не маршрут, это спецрейс". Удивляются, выходят. Пшшш-шш, поехали.

Едем без остановок. И, как я понимаю, это единственное преимущество перед общественным транспортом. На остановках экономим минут 7. Плюс в это утро прощемились по узкой дороге к воротам ЦКРОиР. Но водитель тут же заметил, что вечером он сюда не поедет. "Да что вы - час пик, куда я на таком автобусе в эту улочку?..Буду ждать на остановке" Вечером так оно и было.

Что мы имеем в сухом остатке? Мы имеем вместо подвоза детей-колясочников экспресс-маршрут городского транспорта.

Вот мне интересно - когда чиновники, которые за все это отвечают, наконец поймут, что безбарьерная среда - это среда, в котором нет ни одного барьера? Что безбарьерная среда, в которой есть хоть один барьер, пусть даже ма-ааленький, похожа на линию электропередач, в которой есть маа-аленький разрывчик. И что при этом разрывчике все деньги, угроханные на линию, попросту бумага.



И, конечно, вопрос к налогоплательщикам: насколько вам нравится, что на ваши денежки двух детей в колясках и одного, водимого за ручку, будет возить автобус с полной массой 18 тонн, рассчитанный на 90 пассажиров?

200 км по декабрю

Итак, минуло две недели со дня покупки фэтбайка. Мы с Лилькой не пропустили ни дня. Гололед, снегопад, снежная каша - все равно каждый день мы проделываем наши 5 км туда утром, 5 км обратно вечером. Ну и у меня вдвое. 10 учебных дней, 200 км на спидометре.

И на завтра шины надуты, цепь смазана.

Есть ли новости?

По свежим следам вышла [публикация]https://news.tut.by/society/572078.html на TUT.by. Одновременно - первый разговор с директором ЦКРОиР на более продвинутом уровне, чем "я начальник - ты дурак"



Появление человека с фотоаппаратом на территории заведения вызвало переполох. Странно, но волновались даже воспитатели. Ну очень мы не любим говорить о проблемах. Хотя, казалось бы - если ты не можешь решить, так почему такой страх, что кто-то другой берется решать? И сразу в бой известную риторику - "у нас общая забота - дети", " не надо перечеркивать все хорошее, что было сделано".

Да ладно. Все хорошее я ценю, и мы этого не касаемся. Мы касательно автобуса, потому что зима, у одних елка и огонечки, а у других салон полиэтиленовый и отапливаемый чисто своим дыханием.
Хотя, конечно, со списком этого "хорошего" я попозже попрошу ознакомиться поближе.

Следом начались волнения. Примерно, как рожь волнуется, когда ветер дует. На следующий день все родители получили бланки анкет, где надо было изложить свои претензии(!) и пожелания(!!) насчет подвоза. Еще через день - всех пригласили на собрание насчет подвоза. Еще через день - всех, кому надо, попросили написать заявления насчет подвоза. И еще один продолжительный разговор с директором с глазу на глаз: "давайте сотрудничать конструктивно"

Ок, мне очень нравится сотрудничать, а не цапаться. Я изложил свое видение. Ничего нового не придумал: спецавтобус с местами для колясок, а не лишь бы какой; забирать от подъезда, а не оттуда, где водителю удобнее; сопровождающие, чтобы мне самому не надо было ехать. Три пункта. Или что-то лишнее?

"И что, как вы думаете, насколько быстро все это можно быстро получить?" - в глазах скепсис.
" За один час" - отвечаю.

В глазах - смех.

"Ничего смешного. Позавчера сломался мост в Житковичах - за сколько построили понтонный?..За 4 часа. НАДО - ЗНАЧИТ НАДО, и никого не волнует, сколько это стоит. А тут и строить ничего не надо - просто выделить транспорт и организовать его работу. Вопрос в том, что тут почему-то НЕ НАДО. Будем разбираться."

Чтобы разбираться дальше, в пятницу сняли сюжет для канала Беларусь-1. Даже сегодня, в воскресенье утром, девушка-журналист звонила и уточняла детали для закадрового текста. Надеюсь, сюжет получится таким же толковым, как на Тутбае.







Хотя морозцем и ветром мне надуло румянец и парализовало мимику, и если выйду похожим на Клинта Иствуда, то сори.



Принесет ли это автобус?
Не знаю, честно говоря. С тем, что "НЕ НАДО", бороться довольно сложно. В очередь встанет обращение в Мингорисполком, потом в Министерство образования, потом в Совет Министров. Хотя, возможно, приближающиеся морозы ускорят дело, посмотрим, у кого нервы крепче. Мы-то закаленные, мы сдаваться не собираемся)

Пока могу. Дальше - не знаю

Вместе с нами в школку возят мальчика-колясочника. Тоже ДЦП. Возраст как всегда оценить трудно, но, видимо, лет 14-15. Большой уже ребенок. Большой и тяжелый.

Сопровождает его дедушка. Открывается задняя дверь автобуса, опускается электроподъемник, грузятся вместе с коляской в салон. Потом, во дворе школки, все в обратном порядке. Площадка с жужжанием поднялась, дверь захлопнулась, рюкзак у дедушки за спиной, рюкзак за спинкой коляски, и покатились через двор ко входу в здание.

Входные двери узковаты, надо откидывать щеколду, открывать вторую створку. Я предлагаю помощь, но дедушка отказывается: привыкли, чего уж. Повозились - прошли. Дальше - вторая дверь, а за ней - лестница в пять ступенек, чтобы попасть в коридор. Хоть и считается, что первый этаж.

А тут как?- спрашиваю.
Как и раньше, - улыбается дедушка. Разворачивает коляску задом наперед, сильно наклоняет, и втаскивает наверх со ступеньки на ступеньку.
Пока могу, - улыбается снова. - Дальше - не знаю.. И исчезает в коридоре.

Вот так и живем мы все, все-все в нашем огромном немом содружестве. Пока можем. А дальше - не знаем.

Сутки длиной в 31 час

Летим Люфтханзой. Как оказалось, у них специальные цены для рейса Минск- Нью Йорк. Маленьким самолетиком до Франкфурта, оттуда большим через Атлантику. Час на пересадку. Маловато часа, изрядно нервничаю. Заказали сопровождение, надеюсь, это немного поможет с быстротой передвижений.

Перед взлетом стюардесса обращается на немецком, на инглиш.
- Неа, - мотаю головой.
Но она настойчиво что-то требует, хоть и с милой улыбкой. Хм.. Че ж те надобно, милая..
Переходим на любезный язык жестов. Девушка объясняет, что ребенка следует снять с коленей, посадить в кресло рядом, и пристегнуть ремнем. Пытаюсь спорить. Но теперь она меня упорно не понимает, и проделывает всю пантомиму еще пару раз.
Чешу затылок. Слепая, чтоле.. Но тут до меня доходит, что стюардесса попросту в упор не видит в Лильке инвалида. Ребенок как ребенок, не младенец вроде, папаша, пристегните ваше чадо, не валяйте дурака.

Йо-мае.. А ведь приятно, что в твоем ре не видно чего-то такого особенного. Спасибо, девушка, за комплимент. Отстегиваю от себя, сажаю рядом в кресло, и едем как настоящие)

...
Во Франкфурте приветливый парень в костюме, с инвалидной коляской и соответствующим значком на лацкане встречает, коляску кидаем, садимся в свою, и катим по полированным бесконечным коридорам. Лифты, трамвай, бегущая дорожка, голова кругом. Компас у него, что ли. С нами попутчица, Наташа, летит в Баден, но у нее еще куча времени, и она взялась нас опекать, переводя на/с немецкого. С помощью двух таких провожатых в часовую пересадку вписываемся легко, занимаем место в салоне. Пятнадцать минут, и взлет.

...

Когда летели Аэрофлотом, было ощущение продолжающейся родины прямо до Нью Йорка. На этот раз за границей оказались прямо в Минском аэропорту. Однако всю дорогу небо посылает каких- то доброжелательных провожатых. А на Лильку вообще не нарадоваться. Перекусили после взлета, надели наушники, час слушали Твена, Янки при дворе короля Артура, а потом уснули, хоть в багаж сдавай. Проснулись только при посадке.

...

В НЙ 21 час, наше минское время убежало далеко вперед, но почему- то я не чувствую. В JFK заказанное сопровождение нас традиционно прокатило. Хорошо, что коляска на борту. Увязались следом за группой инвалидов, вслед за ними по лифтам, мимо очередей прямо к стойкам. Полчаса, и на выходе. Садимся в трамвай, едем в Ховард Бич. Прересадка на метро, пересадка на другую линию, выходим на конечной. Очередной прохожий подхватывает эстафету, провожает нас до нужной улицы. На нужной улице другой прохожий оказывается нашим соседом по этажу, проводит до билдинга, помогает с багажом, желает спокойной ночи. Хозяйка открывает дверь, показывает что к чему, и оставляет в покое. Какое блаженство.

...

Сбегал в ночной магазин, за продуктами на завтрак, покормили Лильку, уложили спать. За окном темная могучая сила океана сотрясает невидимый берег прибоем, клубящимся белой пеной.
Спаать