Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Все у нас хорошо



Несколько лет назад я сделал первую запись в этом блоге, обнаружив себя в очень странном месте посреди моей жизни. Было оно безвидным и пустым, и тьма над бездной. А духа там и не было в помине.

Один мой ребенок уже пошел в школу, другой тем временем оказался тяжелым лежачим пятилетним дцпшкой, становился все хуже, а лечение зашло в тупик. Моя жена потихоньку втайне начала пить. Да и я уже прикладывался вечерком. А что еще остается? Количество дел в один момент возросло настолько, что бизнес, которым я занимался всю жизнь, захирел и расстроился. Люди, на которых я полагался, завели за спиной какие-то серые дела. Магазин, который кормил семью, одним чудесным апрельским утром сгорел дотла. Кредиторы и заимодатели быстро доели оставшиеся деньги, встали, отряхнулись, и разошлись. Унеся с собой мои последние связи с внешним миром.

И вот картина, мелом на асфальте. Сижу я в большущей квартире, за которую уже нечем платить, под окном стоит машина, в которой нет бензина, ребенка не оставить, не выйти, да и некуда. Да и незачем. Самое время взять в руки веревку, мыло, и поставить точку.

Куда спешить.. Я попробовал взять в руки бумагу, ручку, и поставил запятую. Ради баловства. И попытался писать эту историю дальше, после запятой, растягивая ее, как резинку от трусов. Интересно, сколько можно продолжать предложение?

Самое длинное предложение русского языка, которое мне попалось, состоит из девяти с лишним тысяч слов, и занимает больше десяти страниц. ( http://samara.news-city.info/docs/sistemsa/dok_ieyzzb.htm ) Это настоящий шедевр, с глубокой философской сердцевиной. Почитайте на досуге.

Я же попробовал написать еще более длинное предложение. Правда, точки я в нем все-таки использую. Но это не суть важно. Важно то, что веревка за это время изветшала, а мыло засохло.





[ДЕЛА НАСУЩНЫЕ]10 ноября мы с Лилькой вернулись из США. Поездка прошла хорошо, дочка чувствует себя превосходно. Я об этом уже писал, и напишу еще.

Больше двух лет мы занимались программой реабилитации ребенка по методикам Институтов Гленна Домана, что в Филадельфии.
В марте 2014, по итогам долгой предварительной работы, мы были приняты на Аспирантскую программу, посетили с Лилькой центральную усадьбу Институтов в США, получили программу из рук сотрудников, и занимались ей следующие полгода. Теперь, в ноябре, состоялся второй визит. Наши успехи и неудачи были оценены, нам сделали новые назначения, теперь мы перешли на Интенсивную программу Институтов.

Сейчас - сентябрь 2015. Мы прервали Интенсивную программу, и, по договоренности с Институтами, отложили ее на неопределенный срок. После нескольких лет институтской программы вопрос о наших текущих планах на реабилитацию, о наших нуждах, является для меня сложным и мучительным. Вот почему. Те цели, которые ставила нам программа, были достаточно ясными, и мы попросту следовали по этому пути. Это была трудная рутинная работа, мы собирали благотворительные деньги на поездки в Институты, привлекали волонтеров для занятий, двигались от ступени к ступени. Тогда было несложно говорить о наших планах и нуждах в деньгах, этому помогал высокий международный авторитет Институтов и чувство локтя в сообществе людей, которые занимались тем же, чем и мы. Материальные, моральные и физические ресурсы были расписаны протоколами и прозрачны, их можно было предъявить.

Однако, конечные цели, к которым вела программа, все так же оставалась миражом, хотя и имелся большой прогресс на промежуточных этапах. Вот слова американского куратора нашей программы: «Таких детей, как Лиля, мы видели не много». Наш случай слишком сложный. В очередной раз возникла ситуация, когда сторонняя помощь решает наши проблемы только частично, и невозможно понять, весь ли потенциал мы исчерпали. Для того, чтобы оказать дочери максимум помощи, мне пришлось начать заниматься теорией и практикой реабилитации самостоятельно.

Как и раньше, мы поддерживаем отношения с Институтами Домана, и продолжаем использовать их концепцию реабилитации как основу. Но то, чем мы реально занимаемся теперь, является домашней реабилитацией, построенной уже на собственном опыте и знаниях. Без всякой скромности я могу назвать ее авторской методикой, которая позволила нам продвинутся в части физиологического здоровья гораздо дальше, чем программа Институтов.

В настоящее время самочувствие Лилии просто замечательное. Мы вернулись на несколько шагов обратно, и активно развиваем ее сенсорную чувствительность, чего нам очень не хватало раньше. Время от времени мне нужны новые приспособления, а также есть нужда в привлечении узких специалистов и тренеров. Всю работу мы делаем на наш небольшой доход: зарплату жены и пособия.

Мы будем очень благодарны за любую благотворительную помощь. Будьте счастливы)



</lj-embed>


[ПОСЛЕДНИЕ ФОТО]филадельфия
в каб марлен
в подушках
газон мяч
деревня
дыхательная машина
ислочь
лилька
медулла
около столовой
румико
с игрушкой
спим


[НАШЕ ВЧЕРА]Однажды, когда Лильке исполнилось пять лет, я сел, и задумался над всем тем, что со мной произошло. Тогда это выглядело так:

[НАШЕ СЕГОДНЯ]http://youtu.be/e1IZO4fZqsw?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/7lc6IuYKyRI?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/0JIT2N7Bndc?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/0H3jJ4kXseg?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuwhttp://youtu.be/bAMQXcdy2QU?list=UUOolOi5ygn2rHi0vuALtmuw

[НАШИ РЕКВИЗИТЫ]Контакты и реквизиты
тел: +375296688888 Дмитрий

Email: dimamail3@yandex.ru
1. Благотворительный счет: BY25ALFA31352121750050270000 в ЗАО Альфа-Банк, BIC ALFABY2X получатель учреждение "Команда "Крылья Ангелов"

2. Для почтовых переводов:
Получатель: Тимашков Дмитрий Михайлович
Паспорт МР2848979 выдан Московским РУВД Минска 08.02.2011
Назначение платежа: Благотворительная помощь на лечение дочери -Лилии Тимашковой
ул. Игуменский тракт, д.16, кв.38, Минск, Беларусь

3. C карты на карту Беларусбанка № 4255 2003 0216 9628 , срок 03\20
4. Карта Альфа-Банка: 5392 1413 7840 7354 до 04/20
5. Простой и быстрый способ - пополнить баланс нашего номера МТС +375 33 6878918

6. Электронные кошельки:
ЯндексДеньги: 410011606152580, easypay 28255497
WebMoney: Z220125986290, R376119179280, E369374351800, B352023775051

7. пейпал liliya@aqua-total.de














[клуб СОДЕЯ]https://www.facebook.com/groups/Sodeya/



[КОМАНДА КРЫЛЬЯ АНГЕЛОВ]http://ulej.by/project?id=18183

Ешьте, дети, апельсины

На нашей даче растет три старые антоновские яблони. Дают тень на получастка, а по осени устилают почву обильным яблочным ковром. Однажды, когда год был такой же яблочный, как и нынешний, я постарался сохранить урожай.


Еще помня, как это делали мой дед, и мой прадед, я влезал на стремянку, снимал каждое яблоко двумя пальцами, осторожно опускал в корзину. Существует мнение, будто яблоки покрыты специальным природным защитным слоем, нарушив который ты обрекаешь его на быструю гибель. Я не знаю, так ли это на деле, но свято следую этому приятному, чуть ли не магическому ритуалу. Чувствуешь себя причастным к древнему великому племени садоводов- селекционеров.


Да, вот еще. В ту осень у меня была сломана рука, и из гипса как раз только пальцы и торчали.


Задолго до того, как заняться искусством сбора плодов, я еще много времени потратил на искусство обустройства погреба. Соорудил в нем деревянные стеллажи, продолбил две дыры в бетоне, вывел наружу две трубы, поддерживающие хорошее проветривание. В одну из них даже засунул вытяжной вентилятор, изобретательно соединив его проводами с лампочкой в туалете. Сколько раз сходишь в туалет, столько раз и включается принудительная вытяжка. Классно, да?)


После сбора урожая следовало искусство его сохранения. Раз за разом спускался я в погреб с полной корзиной ароматной антоновки, укладывал ее в аккуратные пирамидки на полочках. Часть из них были упакованы в целлофановые пакеты, поскольку ходили слухи, что так они хранятся еще лучше. При этом я ни на минуту не забывал о принципе двух пальчиков.


Некоторе время спустя какой-то злоумышленник начал отматывать пленку в обратном направлении.


Март месяц. Вот я спускаюсь погреб, двумя пальцами уже выздоровевшей руки, отворачивая нос, укладываю набрякшие, коричневые трупики антоновок в корзину, раз за разом поднимаю их из погреба, выношу во двор, и , поглядев туда и сюда, не найдя ничего лучшего, высыпаю все это липкое добро в хрустящий снег. Потом разберемся.


Антоновка долго не хранится.


Но человек разумный нашел много способов продлить свое счастье.
И в тот яблочный год, и в нынешний, после того, как закрома заполнены отборным материалом, идет в дело второсортный. Яблоки, что с подбитым боком, стоят в ящике на балконе, в корзине в прихожей, в вазе на столе. Дом наполнен сказочным ароматом.


Те, что совсем никудышные, и уже собрали вокруг себя любопытные армии насекомых, стоят на кухне в ожидании скорой участи. Яблоки нарезаются и сушатся, яблоки булькают в кастрюльке, превращаясь в коричневый джем, пузырится в банке позавчерашний яблочный компот, яблочная шарлотка вывалила свои усахаренные потроха и засохшие крошки на обеденный стол, яблочный сок, застыв на линолеуме, прилипает к носкам, нечто яблочнообразное виднеется во всех углах холодильника, а также во всевозможных пластиковых и стеклянных емкостях.


Я обзваниваю знакомых. Яблоки не надо?У нас антоновка, настоящая... Нет, спасибо. А вам не надо? У нас штрифель..


Звонит, мама, я вам яблочек привезу.
Нет, мама, не надо, побереги свои колени, у нас есть.
Ну, таких, как у нас, нету. И таки привозит.


Отголоски яблочного года еще долго отзываются эхом. Со временем банки вспучивает, и они, недовольно шипя, выдают свою дислокацию характерным раздражением носа. Наполовину опорожненные емкости с соком кормят зеленую плесень. Из пакетов с сушенными дольками благодарно выколупываются на свет божий шустрые моли.


Уже в разгаре нового лета я слышу призывный голос соседки справа, подхожу к утратившему межсезонную прозрачность, увитому зеленью винограда забору, получаю в подарок банку коричневого яблочного джема, выслушав заодно также и оригинальный, ни с чем не сравнимый рецепт его приготовления и консервации.


Сосед слева одаривает меня запотевшей, только что из погребка, пластиковой бутылочкой яблочного сока. "Исключительно из сладких сортов" - поднимает он палец кверху. Милосердно принимаю я дары, и тихо отношу их в мусорку.


К завершению яблочного года начинаешь любить яблоки любовью хлебороба, который любит хлеб свой в разгар уборочной страды. Любовью к рыбе рыбака, к концу вахты. Любовью пекаря к печенью, проплывающему мимо на конвейере. Любовью кассира к денежным купюрам, которые нужно сосчитать и аккуратно запечатать в плитки в конце рабочей смены. Любовью уборщицы к красивым ножкам, приносящим на своих подошвах грязь, этот бесконечный источник ее вдохновенного труда.


И вот, когда мне в очередной раз говорят, что фрукты, выросшие в экзотических странах, для нас совершенно бесполезны, что благо нам приносит только то, в органическом окружении чего мы выросли, я думаю - Угу-у..


Лично мне иноземный апельсин, даже один, неизменно приносит радость. И ломоть дыни. И заморская фига. И виноград киш-миш. Я не знаю, есть ли в них витамины, пестициды, ГМО, усваиваются они, или нет, вызывают ли аллергию, сочетаются ли с нашей кухней, темпераментом и иммунитетом. Они содержат в себе нечто большее пользы. В них нет моего каторжного труда, пагубного изобилия, яблочной аскомины. В них есть беззаботность и солнечные дали. Их небольшое количество несет в себе радость в готовом виде, без нудного процесса переработки и усвоения.

Ешьте, ешьте, дети, лучше апельсины.

про любовь

Не люблю я Валентинова дня. Со всеми этими будто с цепи сорвавшимися промышленностью, торговлей, радио и телевизором, хищно выглядывающими  любую парочку, чтобы поставить в  организованный строй.

Но мысли про любовь в голове тем не менее крутятся. Хоть их и немного, и  умещаются они в  страницу печатного текста.

Любовь – это подарок судьбы, думаю я. Очень роскошный подарок.

Примерно такой же, как большой, красивый, сверкающий лаком и полированным хромом Харлей-Дэвидсон, выигранный в лотерею. Звонок в дверь – Хэллоу! - и милашка-курьер протягивает вам блестящие ключики. Вы мечтали, и вот оно ваше. Как с картинки.

Вы выходите во двор, садитесь на его скрипучую кожу, дрын-дын-дын-дын-дын-дын-дын, и..
.. и под восторженные возгласы зевак сносите к едреней фене ближайший забор, погнув новехонький щиток, поцарапав дуги.

Я не люблю слова «любовь», потому что оно похоже на Харлей, стоящий в витрине магазина. Это очень отвлеченная вещь. Для того, чтобы эта штуковина сделалась вашей, мало ее заполучить. Нужно обладать еще искусством вождения. Поэтому я не говорю «любовь». Я говорю – «любовные отношения». Очень многие люди оставили свои мозги на придорожных столбах и деревьях, так и не приобретя  в этом деле должного мастерства.

Конечно же, я привожу очень условную модель. Для того, чтобы Харлей стал похожим на  любовь в совершенстве, ему нужно приделать еще один руль, добавить еще один комплект педалей. И вот тогда уже их будет совсем не отличить.

Однако же, попробуйте еще проехать на такой вещице.

Любые отношения между людьми – это непрерывное, неустанное преодоление противоречий, несоответствия  между вожделенным и реальностью. Между вашей мечтой, и вашими способностями, возможностями. В любовных отношениях работа на стирание этих противоречий приобретает фатальное значение. Потому что если вы войдете в поворот, хотя бы чуть-чуть  не так поворачивая руль, или один надавит тормоз,  в то время как  другой выкрутит по плешку газ, лежать вам обоим в кювете, колесами кверху.

И уж конечно, самое большое сходство между Харлеем и любовью состоит в том, что не смотря ни на что – ни на бешеную цену, ни на видимую надежность, ни на добротный сервис, ни на какие ваши искренние усилия – однажды они ломаются.

Наматывается пробег, расходуется ресурс,  стирается хром, растрескиваются резинки и пластмасски, истачиваются железяки из самых диковинных сплавов, разбалтываются самые прецизионные регулировки, из трубы начинает валить черный дым, и однажды вы уже не можете его завести.

Это очень печальная участь для такой чудесной штуковины. Если вы хотите ее сохранить, то сделать это можно только очень жестоким образом. Однажды   вы будете должны остановиться, и  сказать себе: «Я больше на ней не катаюсь». Промыть из шланга протектор шин, протереть тряпочкой ее хром, и упрятать в укромный угол. Она снова станет похожа на отвлеченную любовь, любовь без отношений, выглядывающую из стекла  витрины. Может быть, еще более ценную своим неподдельным, сияющим, звездным  прошлым. Но к вашему настоящему она уже не будет иметь никакого отношения.