lilkindad (lilkindad) wrote,
lilkindad
lilkindad

Category:

творческий кризис

Иногда в моменты отчаяния мне хочется выкинуть какой-нибудь фортель, чем-нибудь компенсировать  несоответствие внутреннего состояния  окружающей среде. Например, нарисовать жирной красной гуашью большой плакат ПРИНИМАЕМ ЛЮБЫЕ ВИДЫ ПОМОЩИ, и присандалить его к коляске, с которой гуляем. А то коляска у нас сильно крутая, куча денег в нее вляпана, чтобы она от обычной почти не отличалась. Это для того, чтобы на нас меньше обращали внимание. А мне иногда наоборот хочется внимания, чтобы прохожие не думали, что если этот фраер улыбается, и тащит свою ношу не сутуля плечи, так все у него более-менее. Ни-фи-га.  Херово бывает даже очень.
А если еще взять с собой  ящик из-под бутылок, аккордеон и Семку, то вообще картинка вынет душу.

Была бы идея. А момент и мастера найдутся.

Упершись однажды в стену с поиском волонтеров, я порылся  на чердаке своей памяти, и вытащил эту пыльную идею с
плакатом. Немного ее усовершенствовал в деталях, гикнул помощника, и мы пошли на дело.

DSC03951
DSC03952


Творческий подход есть творческий подход, одна бумажка хорошо, а две лучше. На первой мы написали - "в этом подъезде", на второй  – «в соседнем подъезде», и на третьей тоже. Еще с десяток бумажек содержали «в соседнем доме», потом мы вошли в раж, и пошло « в соседнем дворе», «на соседней улице». Дети – народ заводной, и если не остановить, то до «соседнего города» окажется совсем недалеко. Если тонер в принтере не закончится.

И не закомплексованный. Не то, что мы. Шум стоял на весь двор.
- Па, вон там уже заинтересовались! Сразу двое читают!

Где именно читают, я не вижу, но слышу отменно. Ну и прохожие ожили, головами завертели. Тут бы еще на коляске плакат, для завершенности кадра.

Во второй половине дня ре поставил дело на промышленный поток, надел роликовые коньки, и вернулся домой через полтора часа, весь потный, перемазанный клеем, с разодранным коленом. Но с видом Валерия Чкалова, перелетевшего через полюс. «Все, папа. У нас куча клиентов. Я сам видел, как люди отрывали телефончик». И бросил пустой рюкзак  в угол.

Фантазии эксгибиционистов, однако, очень сильно расходятся с реальностью. И насчет «любые виды помощи» я теперь еще подумаю как следует, прежде чем за гуашь возьмусь.

Первой позвонила старушка, и сказала:
- Вашей девочке очень нужна помощь.

Да, именно так. Она не спросила, не поинтересовалась, она сразу в бой, с программным  заявлением.  Она не из тех, кого пионеры легко  перетащат через дорогу.

Она долго рассказывала мне о каких-то славных местах, где из земли струятся источники волшебных энергий. О каких-то людях, которые эти энергии направляют в нужное русло, о дисках, видимо DWD-дисках, которые мне необходимо взять у нее, только не сейчас, и не завтра, потому что сейчас она уезжает, а вернется через месяц, и очень долго говорила мне о неком человеке, который изобрел нечто гениальное, но никто не хочет этого признать. Кажется, она еще говорила о том, как ей лично все это помогло, и даже приступила к описанию своего диагноза, но Лилька к этому времени уже так орала,  что мне пришлось то ли вежливо извиниться, то ли трубку положить.

Я почесал затылок. Или лобную часть головы, не помню. А вот из соседей-то никто так и не откликнулся.

Я почему-то думал, что теперь буду  вполне соответствовать ситуации. Что меня выбивало из колеи только лишь мое скромное молчание.

Но нет. Вовсе нет. Ничего такого не произошло. Назавтра ветер носил по двору отклеившиеся бумажки. Рядом или поверх неотклеившихся предлагали быстрый и нехлопотный  заработок, картошку с доставкой к подъезду, снимали квартиру для себя, с гарантией бережного обращения. Но соседи, которые не здоровались, так и продолжают не здороваться. А те, которые здоровались, здороваются все так же мельком, прошмыгивая мимо. А паттернинг мы  так и делаем раз в два дня.

Второй звонок был более ощутим материально. Даже слишком, я бы сказал. Приехал парень, в точно назначенное время. Хоть и не удалось таки выяснить предварительно, что же ему надо на самом деле.

Что ему надо, постепенно выяснилось через полтора часа  беседы, прерывающейся Лилькиным кормлением, горшком, ползанием по горке, и закончилось  совместным выходом на вечернюю прогулку под  накрапывающий дождь, поскольку парень, видимо, собирался у нас и заночевать. Он рассказывал про ауру и биополе, рисовал на бумажке картинки с фигурками человечков, которые смутно напоминали мне 90-е, когда киоски Союзпечати еще не были украшены глянцевыми журналами, но изобиловали всякими брошюрками карманного формата. До паттернинга дело не дошло, но парень очень старался помочь-по своему, пытаясь применить на практике  сверхидею, что любой, любой человек может врачевать другого, даря ему свою биологическую энергию. Стараясь при этом поближе подносить к Лильке тыльную сторону ладони, явно пораженную каким-то  заболеванием. Хм..

К третьему звонку я был подготовлен уже как следует.

«Здравствуйте, - сказал женский голос с акцентом. – Дайте мне поговорить с Лилией»

«Здравствуйте, - говорю я. – Но, видите ли, Лилия не может разговаривать. Она пока не умеет»

«Я знаю, - говорит голос. – Я все про вас знаю»

«Хм.., - думаю я. – какого же хе..»

«Но, тем не менее, дайте мне с ней поговорить. Просто поднесите трубку к ее уху»

«А зачем?» – интересуюсь я.

« Я прочту ей молитву. И ей сразу станет лучше»

Ее удивляют мои вопросы по поводу, что это за молитва, и что именно в Лилькином состоянии она собирается улучшить. Ее удивляют мои сомнения по поводу компетентности моей собеседницы, ее возмущают мои намеки на недоверие,  мои окольные фразы о множестве жуликов  и шарлатанов вокруг. Ее не интересует мое вероисповедание. Каждую мою паузу она использует, чтобы сказать – «Так вы дадите Лиле трубку?».. Ее даже не интересует, близко Лиля, или нет.  Интересно, остудило бы ее, узнай она о том, что Лиля дома с мамой, а я газон на даче стригу? Будь он неладен в мае месяце.

Четвертый звонок..

Нет.
Пожалуй, «любые виды помощи» -  ни на что не годится.

Если помочь сделать паттернинг – это очень сложно, то вместо всех других видов помощи я грубо и пошло возьму деньгами. Я бы так и написал жирной гуашью на моем плакате, что мне очень не хватает денег, потому что намеченная мной программа  стоит приличных  сумм. Дорого стоят билеты, чтобы куда-то поехать, дорого стоят гостиницы, анализы, доктора, инструкторы – не  маги и волшебники, а люди с умелыми руками и умной головой. Не гастролеры и говоруны, а люди, которые учились своему искусству годы.

Я бы написал, но никак не придет на ум короткая хлесткая фраза.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments