lilkindad (lilkindad) wrote,
lilkindad
lilkindad

Categories:

Старинный конный двуосный дилижанс

Обратное переключение из Америки в совок оказалось гораздо труднее. Но вот на третьи сутки, кажется, сон смещается ближе к ночи, а день немного удлинился. Пытаюсь сложить в просветляющейся голове, что это было.


Стоило ли ездить, насколько оправдываются расходы, есть ли толк от программы, какие перспективы, и так далее, как обычно. Очень трудные вопросы, на которые нет прямых ответов, и можно судить только косвенно, по общему состоянию ребенка. Если состояние улучшается, значит от всех движений толк есть. Чтобы понять, какие движения были лишними, требуется начать их для пробы исключать, а это страшно, поскольку выйти на такую дорожку, на которой прогресс есть, было очень трудно. Пусть даже она и вовсе не широкий прямой проспект.
[три листа подробностей]Лилька отлично перенесла все путешествие, и это вызывает во мне чувство гордости. Поскольку я знаю, какими эти путешествия бывают, и хорошо помню кошмары предыдущего. Уже один только факт, что с лежачим ребенком можно собраться и улететь за океан, что можно пешком с коляской исходить пол Манхеттена, можно купаться в осеннем океане, жить в американской семье, при этом не беспокоя хозяев за стенкой, прибыть в отличном состоянии в Институты, без каких-то проблем пережить недельное пребывание в стенах заведения по 10- 12 часов в день, показать все свои умения, получить новую программу, и в полном здравии добраться обратно домой - уже только это, благополучно свершившееся, говорит об отличных достижениях.

Однако, желание понять, какое же место в этих достижениях имеет собственно институтская программа, все-таки покоя не дает. Слишком уж далеко, слишком уж дорого, слишком трудно организовать.

Большую часть времени я провел в отчаянных дискуссиях с сотрудниками, проводившими оценку, и назначавшими программу. Меня не устраивало получить незаслуженные плюсы, хотя в целях мотивации Институты в этом деле преуспевают. Также не хотелось получить чрезмерную программу, хотя в этом они преуспевают еще больше. Мы торговались за каждую маску, за каждую горку, за каждое новшество. Однако выторговал я немного.

В перерывах между лекциями мы говорили еще и с теми сотрудниками институтов, которые не имеют непосредственного отношения к нашей программе. Мне хотелось как можно более объемно постичь их коллективный разум, а также нащупать бреши в обороне для своих сомнений, вопросов, и некоторых идей. Оборона потрясающая.

Из этих разговоров я совершенно утвердился в собственном мнении об Институтах как о радикально консервативной организации, оборвавшей всякие связи с научным миром в далеком прошлом, и совершенно игнорирующей веяния современности. Типичное американское заведение. Называть Америку Новым Светом в наши дни совершенно несправедливо.

Институты похожи на конный дилижанс, ползущий по улице, запруженной новехонькими автомобилями. Люди, плечом к плечу подпирающие платформу взглядов, созданную однажды Гленном, зачастую не выдерживающих независимой критики, зачастую попросту абсурдных, но при этом хорошо защищенных великолепной гленновской риторикой. Собственно, это и есть причина подачи материала через живые лекции, а не в печатном виде.

Все методики реабилитации, предлагаемые Институтами, исходят в первую очередь из принципа "не навреди", а уже потом из принципа эффективности. То есть они либо нейтральны, либо имеют небольшой терапевтический эффект. Хотя, конечно, есть люди, особенно это видно на русских примерах, которые все- таки навредили себе, следуя рекомендациям слишком буквально, слишком преданно. В том числе и я.

Однако противостоять ошибочным назначениям в программе напрямую фактически невозможно. Институты требуют неукоснительного соблюдения предписаний. Все достижения, даже полученные внепрограммными методами, будут записаны на счет Институтов, а все промахи, даже в результате программы, будут записаны на ваш счет, вы плохо работали. Для урегулирования противоречия требуется включать мозг и дипломатию. То есть ничего особенного, все так же, как и с другими лечебными заведениями.

Внимательно слушая оценку других детей, а там был целый интернационал из 11 стран (очень старательный переводчик позволял это делать без проблем), я заметил, интерпретируя данные программ и отчетов, что семьи из США, Португалии, Австралии, Швейцарии, то есть из стран с высоким уровнем жизни, выполняют гораздо меньше, чем прописано программой, но при этом имеют довольно высокие оценки в достижениях. Я подумал, что они более внимательны к той части гленновской риторики, которая призывает ориентироваться больше на реакцию ребенка, на его возможности, а не на максимумы прописанной программы. При этом они не беспокоятся о том, что им придется краснеть перед Институтами, они доверяют решение этой проблемы дипломатическим навыкам сотрудников.

Кроме того, я заметил, что хорошие успехи имеют дети с гораздо более легкими проблемами, чем у нас. Из лежачих мы были одни, не считая младенцев. "Таких, как вы, мы видим не часто", - сказала Мелисса, наш адвокат. По крайней мере честно.


Я пытался разговаривать с сотрудниками насчет теоретической части программ, а не о практической. На эти вопросы было меньше всего ответов. Было заметно, что их знания не выходят за пределы гленновского учения, по крайней мере, разговаривать на темы за пределами гленновского мировоззрения они не желают. "Как завещал дедушка Доман". Ответы либо дипломатического характера, либо дилетантские. На мой взгляд. Институты имеют стройную теорию, внутри которой есть хорошая взаимосвязь между элементами, и все объяснения можно найти, не выходя за границы. Случаи, выходящие за рамки, попросту исключаются из списка.

Как же это работает?

На мой взгляд, вот так же оно и работает, как старинный конный двуосный дилижанс. Это работает вне зависимости от цен или наличия бензина, войн, революций, экономических и природных катаклизмов. Это может ехать и по шоссе, и по рельсам, и по брусчатке. Это не подвержено моде, научному прогрессу, и оно не влепится со всей дури в придорожный столб. В этом нет никаких экспериментальных пластмассок, микросхем и проводочков, все движется только на натуральном топливе типа овес. Выхлоп тоже экологически безвреден. На это можно сесть и сойти в любом месте. И оно обязательно подвезет тебя хоть немного вперед.

То, что они говорят на лекциях, не столько питает новыми знаниями, сколько расширяет взгляд на вещи. Намечает темы, которыми стоит поинтересоваться поглубже. Делает тебя самостоятельным, сильным, решительным. Они будят любознательность, заправляют психической энергией.

Психическая зарядка - немаловажный, кстати, аспект. И даже гораздо более того. Будь у тебя хоть дилижанс, хоть Бентли, без овса или без бензина ни то ни другое не поедет. Совок, например, по какой-то непонятной причине полностью игнорирует мотивационный момент, где бы то ни было, хоть в работе, хоть в образовании, хоть в лечении. В Институтах мотивация является одним из важнейших инструментов. Не кнут, но пряник.

Если ты не торопишься, то их система привезет тебя туда, куда ты хотел. Если сдохнет конь, то впрягут нового, но скорость движения будет прежней. Быстрее, чем может, бежать оно не будет. Если ты опоздаешь к цели, а это запросто, то в любом случае выиграешь от качества езды. В любом случае, это не шарлатанство, не надувательство. Оно работает, в отличие от многого другого, которое не работает. Ну и так далее.

Чтобы понять, стоит ли этим заниматься, нужно посмотреть на другие, новаторские способы лечения ДЦП. Например, совсем недавно, продолжая рыть в этом направлении, я прочел диссертацию некого доктора из одного авторитетного российского учреждения здравоохранения.

Суть методики, предлагаемой этой женщиной, состоит в том, что нужно приклеить ледяную аппликацию к определенной мышце, пораженной повышенным тонусом. Охлажденная мышца расслабится, и после этого можно проводить ЛФК, которая будет гораздо эффективней, чем у коллег. Там были статистические данные, показания дорогостоящих приборов, купленных на деньги налогоплательщиков, похоже, как раз для этой цели. Исследования на различных группах. После использования методики в течении полутора лет, двух-или трехнедельными курсами раз в шесть месяцев, доктор добилась хороших, выраженных в процентах, засвидетельствованных многословными протоколами результатов. Я не сомневаюсь, что она получила ученую степень, соответствующую зарплату, социальные гарантии и статус, и метод сейчас используется и в ее родном, и в других лечебных заведениях.

И вот такой бред повсеместно. Огромное количество методик, годами работающих на красивых отчетах и презентациях. Дорогостоящих и лоснящихся снаружи, при полном отсутствии реальных достижений внутри.

Похоже, эта женщина-невролог даже никогда не заглядывала в смежные отрасли знаний. Она не в курсе, что холодом нельзя существенно охладить внутренние ткани, не умертвив при этом кожу, поскольку кожа именно для того и существует, чтобы не допустить охлаждения внутренних тканей, суставов, органов. Она, похоже, также давно не заглядывала в анатомический атлас, иначе бы понимала, что нельзя прикрепить аппликацию к определенной мышце, особенно в месте ее соединения с костью, поскольку рядом находится большое число и других мышц. В предплечье, например, их почти два десятка, и они там как в слоеном пироге. Какая из них напряжена, а какая нет, тоже неизвестно. И уж тем более, реабилитационные курсы раз в полгода - это как мертвому припарка.

По большому счету, эту женщину лучше бы посадить в тюрьму. Или дать хотя бы условный срок, в воспитательных целях, за очковтирательство. Но нет, она автор передовой методики. Недорогой, и очень удобной для здравоохранения.

Другие современные новшества в отношении ДЦП имеют похожий на этот случай вид. Все это нагромождение худо-бедно как-то работает, никто не знает, как именно. У нас в Минске, например, на Володарке, с таким же успехом делают парафиновые обертывания. Нафига это надо никто точно не знает, но цех поточного обертывания работает в их подвальном помещении исправно многие годы.

Поэтому ехать на допотопном дилижансе мне кажется даже предпочтительней, чем на современной рухляди. Даже сам факт его сохранности в наши дни говорит о том, что ничего такого революционного все еще не придумали. Там имеется разносторонний, очень внимательный, очень консервативный, очень американский, очень живой подход к живому ребенку. В Индии священное животное - это корова. В Америке священная корова - это школьный желтый автобус. Как мне показалось, тут на детей молятся даже больше, чем в сторону неба. Вот на этих мотивах и должна быть построена реабилитация. Если она несовершенна, то ее нужно довести до совершенства шлифовкой, полировкой, регулировкой под своего ребенка. Однако все другое, известное мне на сегодняшний день, является слишком сегментарным, слишком бедным. И гораздо, гораздо более дорогим.

Наверное, тут я написал чересчур уж на эмоциональной волне, стоит еще подумать над нюансами. Но мнение о том, что именно домановский подход должен лежать в основе реабилитации, в этой поездке лишь утвердилось.



Немного фото

мелисса чейсбоард

фото 1

[Много фото]Марлен Маркворд, зеленый пиджак. Торгуемся за маски
в каб марлен

Кабинет доктора Васкеса, зеленый пиджак. Торгуемся за ночное использование дыхательной машины


кабинет васкеса

Пробуем дыхательную машину в действии

дыхательная машина

Мелисса интересуется у Лильки, почему ей не нравится горка

фото 2

Лилька отвечает Мелиссе вслух, но на фото не слышно

мелисса горка

Больше всего из физической программы Лильке понравилась медулла

медулла

перекур

спим

Мистер Теруки, бежевый пиджак. Интересуется у Лильки, что ей больше всего зашло из греческой мифологии

теруки чейсбоард

Торгуемся с Теруки насчет интеллектуальной программы

теруки дает программу

После обеда около террасы. Осень, солнце, листья, белки

на крылечке

Доктор Горман пробеут на Лильке свой новый вибродевайс. Неплохая штука.

горман

кадры прощаний

прощальное с мелиссой
фото
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments