lilkindad (lilkindad) wrote,
lilkindad
lilkindad

Ешьте, дети, апельсины

На нашей даче растет три старые антоновские яблони. Дают тень на получастка, а по осени устилают почву обильным яблочным ковром. Однажды, когда год был такой же яблочный, как и нынешний, я постарался сохранить урожай.


Еще помня, как это делали мой дед, и мой прадед, я влезал на стремянку, снимал каждое яблоко двумя пальцами, осторожно опускал в корзину. Существует мнение, будто яблоки покрыты специальным природным защитным слоем, нарушив который ты обрекаешь его на быструю гибель. Я не знаю, так ли это на деле, но свято следую этому приятному, чуть ли не магическому ритуалу. Чувствуешь себя причастным к древнему великому племени садоводов- селекционеров.


Да, вот еще. В ту осень у меня была сломана рука, и из гипса как раз только пальцы и торчали.


Задолго до того, как заняться искусством сбора плодов, я еще много времени потратил на искусство обустройства погреба. Соорудил в нем деревянные стеллажи, продолбил две дыры в бетоне, вывел наружу две трубы, поддерживающие хорошее проветривание. В одну из них даже засунул вытяжной вентилятор, изобретательно соединив его проводами с лампочкой в туалете. Сколько раз сходишь в туалет, столько раз и включается принудительная вытяжка. Классно, да?)


После сбора урожая следовало искусство его сохранения. Раз за разом спускался я в погреб с полной корзиной ароматной антоновки, укладывал ее в аккуратные пирамидки на полочках. Часть из них были упакованы в целлофановые пакеты, поскольку ходили слухи, что так они хранятся еще лучше. При этом я ни на минуту не забывал о принципе двух пальчиков.


Некоторе время спустя какой-то злоумышленник начал отматывать пленку в обратном направлении.


Март месяц. Вот я спускаюсь погреб, двумя пальцами уже выздоровевшей руки, отворачивая нос, укладываю набрякшие, коричневые трупики антоновок в корзину, раз за разом поднимаю их из погреба, выношу во двор, и , поглядев туда и сюда, не найдя ничего лучшего, высыпаю все это липкое добро в хрустящий снег. Потом разберемся.


Антоновка долго не хранится.


Но человек разумный нашел много способов продлить свое счастье.
И в тот яблочный год, и в нынешний, после того, как закрома заполнены отборным материалом, идет в дело второсортный. Яблоки, что с подбитым боком, стоят в ящике на балконе, в корзине в прихожей, в вазе на столе. Дом наполнен сказочным ароматом.


Те, что совсем никудышные, и уже собрали вокруг себя любопытные армии насекомых, стоят на кухне в ожидании скорой участи. Яблоки нарезаются и сушатся, яблоки булькают в кастрюльке, превращаясь в коричневый джем, пузырится в банке позавчерашний яблочный компот, яблочная шарлотка вывалила свои усахаренные потроха и засохшие крошки на обеденный стол, яблочный сок, застыв на линолеуме, прилипает к носкам, нечто яблочнообразное виднеется во всех углах холодильника, а также во всевозможных пластиковых и стеклянных емкостях.


Я обзваниваю знакомых. Яблоки не надо?У нас антоновка, настоящая... Нет, спасибо. А вам не надо? У нас штрифель..


Звонит, мама, я вам яблочек привезу.
Нет, мама, не надо, побереги свои колени, у нас есть.
Ну, таких, как у нас, нету. И таки привозит.


Отголоски яблочного года еще долго отзываются эхом. Со временем банки вспучивает, и они, недовольно шипя, выдают свою дислокацию характерным раздражением носа. Наполовину опорожненные емкости с соком кормят зеленую плесень. Из пакетов с сушенными дольками благодарно выколупываются на свет божий шустрые моли.


Уже в разгаре нового лета я слышу призывный голос соседки справа, подхожу к утратившему межсезонную прозрачность, увитому зеленью винограда забору, получаю в подарок банку коричневого яблочного джема, выслушав заодно также и оригинальный, ни с чем не сравнимый рецепт его приготовления и консервации.


Сосед слева одаривает меня запотевшей, только что из погребка, пластиковой бутылочкой яблочного сока. "Исключительно из сладких сортов" - поднимает он палец кверху. Милосердно принимаю я дары, и тихо отношу их в мусорку.


К завершению яблочного года начинаешь любить яблоки любовью хлебороба, который любит хлеб свой в разгар уборочной страды. Любовью к рыбе рыбака, к концу вахты. Любовью пекаря к печенью, проплывающему мимо на конвейере. Любовью кассира к денежным купюрам, которые нужно сосчитать и аккуратно запечатать в плитки в конце рабочей смены. Любовью уборщицы к красивым ножкам, приносящим на своих подошвах грязь, этот бесконечный источник ее вдохновенного труда.


И вот, когда мне в очередной раз говорят, что фрукты, выросшие в экзотических странах, для нас совершенно бесполезны, что благо нам приносит только то, в органическом окружении чего мы выросли, я думаю - Угу-у..


Лично мне иноземный апельсин, даже один, неизменно приносит радость. И ломоть дыни. И заморская фига. И виноград киш-миш. Я не знаю, есть ли в них витамины, пестициды, ГМО, усваиваются они, или нет, вызывают ли аллергию, сочетаются ли с нашей кухней, темпераментом и иммунитетом. Они содержат в себе нечто большее пользы. В них нет моего каторжного труда, пагубного изобилия, яблочной аскомины. В них есть беззаботность и солнечные дали. Их небольшое количество несет в себе радость в готовом виде, без нудного процесса переработки и усвоения.

Ешьте, ешьте, дети, лучше апельсины.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments