lilkindad (lilkindad) wrote,
lilkindad
lilkindad

Category:

Кожей чую

В Москве очень много чудаков. Кажется, что они нарочно сюда съехались, чтобы один другого пречудачить. Одного такого чудака я помню очень хорошо.

Это было прошлой весной. Я шел к выходу из метро, и видел перед собой парочку, парня  с девушкой. На парне была гавайская рубашка, мятые хлопковые бриджи, шлепки на босу ногу. За спиной колыхался пучок дрэдов над тряпочным рюкзаком. Он что-то воодушевленно рассказывал своей спутнице, широко и энергично жестикулируя загорелыми руками.

А на ней было драповое пальто с лохматым мехом, перетянутое в талии поясом, вязаные колготки и ботинки с опушкой.

В ту весну случился в Москве природный катаклизм. Налетела буря, повалил снег, ударил мороз. Совершенно нетипично для последних чисел марта. Ураганный ветер заставлял сгибаться при ходьбе, на дорогах работали снегоуборочные машины, тротуары были засыпаны выше колена, и прохожие протаптывали в снегу узкие стежки, в которых не разминешься. Я осчастливил продавца из рыночного павильончика, купив на излете сезона толстенные перчатки на меху. Потому что холод, уцепившись за голые ладони, проникал вовнутрь до селезенки.

В общем, парень, идущий впереди к выходу, выглядел чудаком еще тем. По правде говоря, я почти не сомневался, что он вот-вот вытащит из рюкзачка припрятанную одежку.

Но нет. Навалившись вдвоем на дверь, чтобы преодолеть напор ветра, они вышли в снежную крупу, летящую параллельно земле, и вступили в колею протоптанной стежки, она впереди, а он позади, меся снежную кашу, шлепая резиновыми задниками по розовым пяткам.

Наверное, такого человека можно назвать нечувствительным, бесчувственным.

Я помню и пример противоположной бесчувственности. Дело было в Египте, одиннадцать лет назад.

Мы с будущей супругой посещали всякие достопримечательности, а в тот день поехали на сафари. Громыхающими железом лендроверами по пыльной египетской пустыне. Конечной целью было посещение бедуинов.

Тот, кто был в Египте, помнит эту почву. Перемешанный с раскаленным на солнце желто-коричневым песком дробленый щебень. Мелкие острющие  камешки, стоит одному  попасть в прорезь босоножек, будешь скакать на одной ноге, словно тебя укусили. И вот я вижу в деревне бедуинов мальчишку лет трех или четырех, который совершенно спокойно  бегает по этим раскаленным каменьям босиком. От одного только брошенного взгляда на его подошвы пробегало холодком  и поджималось известно где.

И когда он только успел приобрести такую нечувствительность.

Однако можно посмотреть на вещи и в другом ракурсе. Что было бы со мной, пусти меня бежать по раскаленным острым камням? Понятное дело, я ничего не чувствовал бы кроме боли. То же самое было и в Москве. В то время, как парень с дрэдами шел по снежной тропинке, перекрикивая своими росказнями ветер, я тащился позади, согнутый этим ветром пополам, и не чувствовал ничего, кроме ледяного холода, пожирающего мое лицо.

Так кто из нас бесчувственный?

Область моих ощущений просто до смешного мала, по сравнению с этими людьми. Она зажата в узком пространстве между пороговыми болями. Они спокойно живут  и чувствуют там, где для меня мир мертв и безмолвен. Так кто из нас бесчувственный?

Вот такие парадоксы тактильности.

Человеческая кожа является самым большим органом чувств. Ее площадь составляет около полутора квадратных метров. Рядом с ней глаза, рот и уши - это вроде островов рядом с континентом. И тем не менее, в любой поликлинике вы найдете кабинет окулиста, лор-врача, иногда даже сурдолога. Но вот поищите там кабинет специалиста по тактильному восприятию.  Априори считается, что все мы тактильно здоровы.
Хм хм..
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments