lilkindad (lilkindad) wrote,
lilkindad
lilkindad

Category:

Дружба народов

При совке дружба народов была культовой идеей. Видимо поэтому в московском метро напрочь отсутствуют пандусы. А зачем? Дружить так дружить. Взяли дружненько коляску напле-чо, и по ступенькам вта-ащили(опустили).

Отличная идея. Безотказно работает до сих пор, даже когда совок пропал, а народы  перестрелялись, но уже  снова потихоньку дружить начинают.

А кроме того, скрытая  экономия. Не надо на те пандусы тратиться. Потому что когда начинают экономить в открытую – тогда вообще трындец. Я, например, сегодня наткнулся на пандус, состоящий из рельсы для одного колеса. Или для двух, но если они в одну линию. Для велосипеда видимо, инвалидного. Для одноногого инвалида на велосипеде, наверное. Это для того, чтобы он въезжал на ступеньки, не соскакивая. Ну да, правильно, попробуй ты с велика на одной ноге соскочи-ка. Нога-то  - привя-азана, попробуй одной непривязанной педаль покрути.

Это возле музея Космонавтики было.

Там же, недалеко, был также пандус, состоящий из двух рельс, но уложенных веером, расходящимся книзу. Сверху колеса коляски входят в колею, и катятся расчудесно почти до самого низу. А внизу застревают, ширины не хватает. Я подумал, что это сделано с умом. Мало ли. Вдруг какой-нибудь инвалид-мудазвон полихачить вздумает, спускаясь с превышением скорости. А тут хлоп, и естественное принудительное торможение. Коляска застряла, а у инвалида-мудазвона, если он не пристегнут, пусть крылья отрастут, пока он до стены напротив долетит.

Но это не само метро, это спуск на станцию ВДНХ.

При подъеме наверх тоже были у нас проблемы. Не лезут колеса в колею, хоть стреляйся. Но спасла дружба народов. Двое жизнерадостных парней-туркменов подхватили Лилькину карету за передние колеса, и в три секунды мы наверху.

Хотя потом я уже подумал, что просто-напросто и тут пытались сэкономить. Умыкнуть вторую рельсу. Правильно, пусть на великах катаются, здоровее будут. Но спуск глубокий, рельса тяжелая, потянули-потянули, да и кинули, ну ее нахер. Так и лежит с тех пор.

Вот  и оказались мы на ВДНХ в этот пасмурный осенний понедельник.

Лилька  просто  чудесный путешественник. Это наша первая вылазка из дому на такое расстояние. Семьсот километров от Минска до Москвы ни разу не пикнула. Я натолкал подушек в расщелину между своей спинкой и диваном заднего сидения, и презрев некоторые правила дорожного движения устроил ей там лежанку. И всю дорогу девчонка глазела в окно на пролетающие мимо облака, деревья и электрические огни. Похоже, счастью ее не было предела.

То же и в метро. То же и в автобусе. То же и на руках  туркменов, узбеков, а также и потомков коренных москвичей. В общем,  путешествия – это наша стихия, как я понял. И никакая Америка теперь мне не страшна.

ВДНХ представляет собой жалкое зрелище. Здания павильонов пятнадцати республик - пятнадцати сестер закрыты, обшарпаны, в строительных лесах, или используются вовсе не по назначению. Мы проделали полтора километра по моросящему дождику к павильону Космонавтики, чтобы я утолил мою тоску по юности. Крайний раз я там был  летом 1984 года, еще абитуриентом МФТИ. Но лучше бы я туда не водил детей, их бы не расстраивал, и свои юношеские впечатления сохранил бы в чистоте. Все закрыто, все в разрухе. Из развлечений только Дельфинарий, естественно, не работающий по понедельникам, аттракцион с живыми акулами, естественно, с одним экземпляром акулы-малька, размером со стерлядь средней упитанности, выставка «История пьянства», куда дети идти пожали плечами, и выставка изделий СССР, прелести которой им все равно не ощутить. Выставка меха нас тоже не заинтересовала.

Но день мы провели чудесно. Москва – грандиозный город. Улицы широкие, дома высокие, метро глубокое, шума и кутерьмы кругом столько, что никакой дополнительной зрительной и слуховой стимуляции не требуется. Живи – лечись не отрываясь. А сутра отзанимались  со Светланой Грибовой, и законный отдых был просто в кайф.

Еда была у нас с собой, замороженная в пластиковой баночке. На улице прохладно, заглянули в уютную дверь ресторана, нас проводили в некурящий зал. Разогрели нашу баночку в микроволновке. Напоили кофе и накормили картошкой фри. Три весело пьющие старушки напротив развлекали нас  песнями. Официант принес нам счет, немного нас встряхнув, поставив ногами на землю.
Выйдя на темный, сырой, искрящийся огнями воздух, я поднял голову, и получил последнее удовольствие дня. Над нами светилась вывеска нашего ресторана: «Дружба народов».

Это у самого выхода, у павильона номер 1.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments