Previous Entry Share Next Entry
18 часов до молотка
lilkindad
Осталось всего ничего до окончания сбора на наш [проект]http://ulej.by/project?id=176906&tab=aboutпоездки в Штаты – что-то около 500$, и какие-то часы до молотка. Если соберем, то едем. Если нет – то деньги, по правилам площадки, вернутся спонсорам. Сильно ли я переживаю?

Я бы сказал, что со средней силой. В жизни моей было много безумных идей. Во всяком случае, поначалу - так они и выглядели. Как история со ржавчиной, например. И поездка в Штаты, с судорожным неходячим неговорячим ребенком, для участия в легкоатлетическом пробеге – из той же серии. Мне проще было пробежать 42 км [сегодняшнего марафона]https://www.facebook.com/100001023718039/videos/1542677669109675/?autoplay_reason=gatekeeper&video_container_type=4&video_creator_product_type=0&app_id=173847642670370&live_video_guests=0 благодарности, чем думать о том, сколько хлопот меня ждет в этой поездке.





Если ничего не выгорит, то я вздохну даже в некоторой степени с облегчением, и уеду хоть на пару недель на дачу. Вырублю телефон. Забуду в городе зарядку от планшета. Буду косить газон, поливать игольчатые пупсики растущих огурцов и собирать в лесу чернику, раздавливая с размаху на шее комаров. Я уже почти забыл, что значат все эти слова.

История со ржавчиной?.. Это было, когда меня отправили в трудовой лагерь, между пятым и шестым классом, вместе с остальными, кому не удалось откосить. Нас поселили посреди голого поля в каких-то дощатых бараках, где от влаги покатыми волнами сползали со стен желтые обои в мелкий цветочек. Территорию ограждал унылый сетчатый забор с провисшими воротами посередке. В эти ворота утром въезжали несколько автобусов – ГАЗонов, которые отвозили понурых пленников в поле – полоть брюкву, морковь и свеклу. Это называлось трудовым воспитанием. Детский рабочий день – короткий, и после обеда мы были уже свободны. Если можно назвать свободой сидение в бараке за забором. Из всех развлечений – попытки высушить одежду, подвесив ее на холодные трубы отопления, которые, видимо, когда-то работали.

Выйдя на тоскливый двор, там и сям поросший травой по колено, я сел верхом на железную трубу, и начал долбать по ней куском кирпича. Труба была ржавая, и с нее посыпалось. И вот, я говорю ватаге своих товарищей: «Пацаны, я знаю, как из ржавчины сделать взрывчатку». Из всех, я, видимо, был единственный, кто к этому времени прочел всего Верна, Лондона, Дойля, Твена и прочих. Избегая мелочей – уже к вечеру я дежурил с литровой банкой, в которую тонкими струйками стекала раздобытая ржавчина. Через пару дней банками было заставлено все темное пространство под моей кроватью.

Хуже всего приходилось девочкам – ведь ржавчина так впивается в ладошки, что ни каким мылом не отмоешь. Но смысл жизни есть смысл жизни, ничего не попишешь. Я уж не знаю, у кого какие были фантазии насчет что взорвать – ведь кроме дощатых бараков и сетчатого забора реально ничего не было. Но все сто человек детских доверчивых душ исправно добывали сырье, свято веря.. Во что?.. А это важно?.. Это были попросту сто шил в засидевшихся задницах.

Образовались группы, кто-то собирал черную крупную ржавчину, которая пластами сходила с жестянок, кто-то мелкую , которую надо было скрести ложкой с мертво вросшего в землю бульдозера . Стыренной в столовой. Были споры о том, какая из ржавчин лучше рванет. Была торговля и мена ржавчиной. Были два лагеря, каждый со своей защитой. Банки под моей кроватью тоже были отделены границей, черное рыхлое/рыжая пыль. Рыжая пыль ценилась, понятное дело, дороже.

Тракторист, который накануне отвинтил какую-то железяку от своего помершего трактора, утром не мог ее найти. Оказалось – он просто ее не видит, она блестела, как у кота яйца. Директор всего этого хозяйства пытался докопаться, кто и зачем вырыл яму вокруг трубы, уходящей из стены барака в землю. В жестяной вентиляции столовой образовалась дыра величиной с доброго поросенка. А ведь могла бы еще столько послужить, под семью слоями краски, ай яй яй. Вожатые по вечерам ходили по двору с фонариками, ориентируясь на стук и скрежет железа по железу, вылавливая рудокопов и пытаясь их расколоть, что тут к чему. Но не тут-то было. Все молчали, гордо и нагло, как и учила с детства партия и правительство.

Ну ладно, со ржавчиной. Что с Америкой-то? Что это может дать, принести, почему это важно?

Это может помочь многим людям перестать сидеть в дощатом бараке за сетчатым забором.



А может и нет.

Я не знаю.

Ни один человек не знает точно, что правильно, а что нет.

Важно - не уверенность, а старание. Я - стараюсь. Потому что по себе знаю, что сидеть там – выше всяких сил. Как и в любом деле, я просто прикладываю все усилия. Весь опыт. Всю сноровку и сообразительность. Всю любознательность. А дальше..

Будучи благочестивым евреем, ну, насколько у меня это получается, я попросту заканчиваю каждый свой день словами самой бесхитростной молитвы, из всех, что знаю: «Благодарю тебя, господи, за все твои милости, которые ты послал мне сегодня. Надеюсь на твою милость и в завтрашнем дне. А все, что тебе не угодно, пусть будет развеяно прахом».

В общем, сегодня я уже спать

  • 1

Вот это увлекательная история со ржавчиной! :)
Держу все кулаки,  чтобы проект собрал полную копилку и все получилось!  Поездке быть!


Все получилось, пакуем чемоданы)

Ну а ржавчину-то тогда взорвать получилось?

Ну вот как-то нет. Тот случай , когда смысл оказался в процессе, а не в ожидаемом результате.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account